Quote

Самое неприятное для США состоит в том, что потребительский спрос перестал справляться с ролью единственного двигателя экономического подъема. На протяжении всего 2001 года рост потребления компенсировал падение инвестиций, благодаря чему темпы прироста ВВП оставались положительными. Однако в третьем квартале ситуация изменилась. Инвестиции в оборудование и программное обеспечение продолжали падать, сократившись на 11,8%, при этом потребление выросло всего на 1,2% в годовом исчислении - самое незначительное увеличение за последние восемь с половиной лет. В сентябре под воздействием терактов розничные продажи обвалились на 2,4% - это самое значительное падение за последние десять лет. Заказы на товары длительного пользования сокращаются уже четыре месяца подряд, что происходит впервые с тех пор, как в 1992 году начали рассчитывать этот индекс. Падение спроса, судя по всему, будет затяжным, поскольку американцы все меньше склонны верить в то, что экономика скоро возобновит свой рост. Индекс потребительского доверия в октябре упал до 85,5 пункта, чего не было уже более семи лет. Другой настораживающий момент - все заметнее сокращаются продажи новых домов. И этот процесс продолжится, потому что рынок недвижимости очень инерционен: сохраняющийся спрос является отражением более ранних решений. А ведь до последнего времени этот рынок был едва ли не единственным светлым пятном в экономике США, и именно здесь концентрируется значительная часть спроса граждан. Негативное влияние на спрос еще долго будет оказывать ситуация на рынке труда. К концу октября число людей, впервые обратившихся за пособием по безработице, достигло уровня 1991 года, когда США переживали рецессию, абсолютное число людей, получающих пособие, достигло максимального значения с начала 80-х, а безработица продолжает быстро расти - с 3,9% в сентябре прошлого года до 5,4% в октябре. Совершенно очевидно, что идущие сейчас в США массовые увольнения совсем не способствуют росту потребительского спроса. Хотя бы потому, что, как прогнозируют специалисты Standard & Poor`s, в будущем году в результате потери работы значительно возрастет число американцев, которые не смогут обслуживать свою задолженность по кредитным карточкам. А потери эмитентов карт в процентном отношении выйдут на уровень начала 90-х годов. О том, что сегодня задолженность частных лиц в США превышает их сбережения, лучше и вовсе не вспоминать. К сожалению, события развиваются по неблагоприятному для Америки сценарию. Еще полтора месяца назад в принципе существовала возможность, что сильный потребительский спрос спасет США от спада. Один-два квартала, в течение которых рост потребления гипотетически мог компенсировать падение корпоративных инвестиций, дали бы бизнесу необходимую передышку для относительно безболезненной реструктуризации и возобновления инвестиционного процесса. Однако после терактов 11 сентября и вызванного ими шокового падения спроса и потребительского доверия такой сценарий, по всей видимости, стал невозможен. Соединенным Штатам предстоит пережить полномасштабную рецессию, которая при самом удачном развитии событий продлится два-три квартала. Хуже того, даже относительно благоприятные для США сценарии выхода из рецессии (отсутствие глубокого долгового кризиса и относительно небольшое падение фондового рынка) вовсе не предполагают, что сразу вслед за прекращением спада начнется новый продолжительный этап устойчивого экономического роста, аналогичного росту 90-х годов. Весьма вероятно, что, даже если Соединенным Штатам удастся избежать затяжного падения (наподобие Великой депрессии), им придется пережить период, схожий с кризисными 70-ми годами, когда непродолжительные подъемы чередовались с короткими спадами.

Quote

В то же время исторический опыт показывает: у американцев, возможно, остаются шансы на то, что после выхода из рецессии им удастся растянуть экономический рост на несколько лет. Во всяком случае, если пользоваться историческими аналогиями, пока США движутся в правильном направлении. Свидетельством тому являются активно проталкиваемая программа разработки и развертывания системы противоракетной обороны и война против террористов в Афганистане. В самом деле, все периоды продолжительного экономического роста в послевоенной истории США были непосредственно связаны с военно-промышленным комплексом. Вьетнамская война, согласно доминирующей среди экономистов точке зрения, искусственно растянула период экономического роста примерно на восемь лет. Гонка вооружений с ее колоссальными государственными заимствованиями и оборонными расходами была основой рывка американской экономики в 80-х. А "Буря в пустыне" консолидировала вокруг США оплативших войну союзников и порядком напугала нефтяные монархии Залива, которые после этого исправно инвестировали миллиарды долларов в американскую экономику в течение десяти лет. Наконец, нельзя забывать, что и из Великой депрессии американцы вышли лишь с началом второй мировой войны. В общем, с тех пор, как Америка стала ведущей мировой державой, продолжительный экономический подъем в США и военная мощь - едва ли не синонимы. Интересно отметить, что в нынешнем положении США легко можно найти признаки всех приведенных выше сценариев. С 60-ми сегодняшний день роднит не только втягивание Америки в затяжную войну в Афганистане ("второй Вьетнам"), но и то, что и тогда и сегодня США пожинают плоды конверсии. С другой стороны, амбициозные планы создания ПРО и маячащий на горизонте дефицит бюджета (замедление экономического роста плюс масштабные сокращения налогов плюс наращивание госрасходов) придают картине оттенки 80-х годов. А информационная составляющая американских ударов по Афганистану, как и война десятилетней давности, имеет явно читающийся антиарабский подтекст. Наконец, присутствует некоторое сходство и с 30-ми годами. Это не только масштаб лопающегося на наших глазах фондового "пузыря", но и очевидные всем предпочтения властей в экономической сфере. Явный перекос налоговой политики в пользу крупных корпораций и богатых слоев населения почти наверняка негативно отразится на совокупном спросе, что может вызвать к жизни сценарий "второй Великой депрессии". Такую политику, которую недавно в своей нашумевшей статье в New York Times подверг критике известный американский экономист Пол Кругман, еще можно было понять до событий 11 сентября, но сейчас она явно становится слишком рискованной. Стремление поскорее восстановить работу экономической модели, основанной на инвестиционном росте и превосходстве американских ТНК над конкурентами, было совершенно оправданно, когда оставался сильным спрос. Теперь же, по-видимому, настало время всерьез озаботиться интересами рядовых потребителей. Вряд ли кто-то может с абсолютной уверенностью сказать, какой именно сценарий реализуется в ближайшем будущем. Сценарий превращения Афганистана во второй Вьетнам? Возможно, но тогда кто-то должен будет взять на себя роль СССР (без серьезной поддержки, ресурсов, которые может дать только мощное государство, ни талибы, ни международные террористы не имеют особых шансов на сопротивление в течение нескольких лет). Сценарий создания ПРО? Но сегодня не видно общей угрозы, которая могла бы подвигнуть европейских союзников финансировать смелые проекты Пентагона. В роли такого рода финансиста сейчас скорее всего могут выступить только напуганные чем-то страны Восточной Азии. Вариант войны в Заливе? Невероятное еще вчера сближение России и США, как в свое время СССР и США, вроде бы говорит в пользу такого развития событий, но исламский мир сегодня не тот, что в начале 90-х, да и явно тяготеющая к арабскому миру Европа будет против такого поворота. Опять Великая депрессия? Очень может быть, но действия ФРС во время кризиса 1998 года и очень гибкая денежная политика в 2001 году дают возможность усомниться в том, что такой вариант наиболее вероятен (тем более если налоговая политика станет более взвешенной, на чем активно настаивают демократы). Так что, скорее всего, полного повторения прошлого не будет, а события пойдут по некоему "смешанному" пути, в целом благоприятному для США. Но нельзя исключать, что множественность вариантов выбора и масштаб вызовов окажутся непосильным испытанием для Америки, и не раз опробованное в ХХ веке "оружие" против экономических спадов в ХХI веке даст осечку.

Quote

В США создана уникальная культура отношения к огнестрельному оружию. Профессор истории Майкл Беллисил\Michael Bellesiles, автор книги `Вооруженная Америка`\Arming America доказывает, что слухи об исторической приверженности американцев огнестрельному оружию сильно преувеличены. По его мнению столь широкое распространение огнестрельного оружия в США имело две причины - деятельность производителей огнестрельного оружия и его мифологизация в литературе и кинематографе. Считается, традиция представлять американца `человеком с ружьем` появилась в эпоху колонизации Нового Света, бесконечных сражений законопослушных и мирных колонистов с индейцами, с англичанами и преступниками. Лишь огнестрельное оружие помогало выжить в этой борьбе. Однако Бенллисилл считает, что все это лишь заблуждения. К примеру, по его данным, американские колонисты крайне редко использовали огнестрельное оружие - они обращались за защитой к регулярным войскам. Мушкетов и пистолетов у эмигрантов было мало из-за того, что огнестрельное оружие было очень дорогим. В конце XVIII века в наиболее зажиточной части тогдашних американских колоний лишь 14% семей владели огнестрельным оружием. Любопытно, что и индейцы редко использовали огнестрельное оружие. Сперва в американских колониях, а позже в США действовали законы, запрещающие продавать оружие индейцам. Даже во второй половине ХIХ века, когда произошли последние сражения индейцев частей регулярной армии США, лишь 30-45% индейских воинов были вооружены ружьями и револьверами. В основном, это были старые образцы, индейцы продолжали, например, использовать старинные мушкеты, заряжавшиеся с дула. Сидящий Бык, один из великих вождей племени Сиу, в 1876 году владел ружьем, которому было около 40 лет. Также не соответствуют действительности вестерны, живописующие нападения индейцев и бандитов на колонны фургонов, перевозивших переселенцев, и красочные перестрелки. Статистика показывает, что у большинства колонистов не было огнестрельного оружия. Также значительно преувеличен уровень насилия на Диком Западе. Банды, состоящие из сотен головорезов, вооруженных револьверами, в действительности не существовали. К примеру, за двадцать лет (в классическую эпоху `Дикого Запада`) в Арканзасе за убийства было казнено 172 человека (впрочем, убийство индейца или мексиканца тогда преступлением не считалось). Правоохранительные органы сожалели, что полтора десятка убийц пали не от руки закона, а от рук своих подельников. Лишь немногие из ковбоев владели револьверами - их достаток не позволял приобретать столь дорогое оружие. Ситуация изменилась, когда производители оружия смогли наладить массовое производство ружей и револьверов. Цена на оружие резко упала в 1860-е годы. Тогда закончилась Гражданская война, и производители предприняли значительные усилия, чтобы создать рынок для своей продукции, более ненужной для вооруженных сил. Ружья и револьверы стали рекламировать, как обязательный атрибут жизни законопослушного американца и универсальное средство поддержания справедливости. В 1861 году полковник армии США Самуэль Кольт\Samuel Colt запатентовал револьвер. Существует известное выражение: `Бог создал людей, а полковник Кольт сделал их равными`. Одна из первых моделей револьвера Кольта называлась `Миротворец`\Peacemaker. Факт дня Министерство Обороны США\Department of Defense в 2002 году потратило $170.8 млрд. на закупку оружия, техники, снаряжения, услуг и т.д. Это на $26.1 млрд. больше, чем в 2001 году. В пятерку крупнейших подрядчиков вооруженных сил США традиционно входят пять компаний - Lockheed Martin, Boeing, Raytheon, General Dynamics, Northrop Grumman. В 2002 году ситуация не претерпела изменений. Lockheed Martin стала лидером по объему военных заказов Министерства Обороны США. Она получила заказов на $17 млрд. Boeing занял второе место ($16.6 млрд.), Northrop Grumman - третье ($8.7 млрд.). Raytheon и General Dynamics поделили четвертое и пятое места (по $7 млрд.). В первую десятку крупнейших подрядчиков военного ведомства США также вошли компании United Technologies ($3.6 млрд.), Science Applications Int.($2.1 млрд.), TRW ($2 млрд.), Health Net ($1.7 млрд.), L-3 Communications Holdings ($1.7 млрд.).